МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
«ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ»

ИННОВАЦИОННЫЕ МОДЕЛИ ПОЛИКУЛЬТУРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
ДЛЯ СИСТЕМЫ ОБЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

 
Ингуши « ИННОВАЦИОННЫЕ МОДЕЛИ ПОЛИКУЛЬТУРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ДЛЯ СИСТЕМЫ ОБЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

Религия, верования,обычаи, традиции, обряды
Ремесла и промыслы
Традиционное жилище
Традиционная одежда
Национальная кухня. Рецепты
Фольклор
Язык и письменность

ИНГУШИ, галгаи (самоназвание), народ в России (215,1 тыс. человек), в том числе в Ингушетии и Чечне (163,8 тыс.), в Северной Осетии (32,8 тыс.) и др. Более мелкие группы живут в Казахстане (20 тыс. человек), Средней Азии, а также на Ближнем Востоке. Общая численность более 237 тыс. человек. Вместе с чеченцами (общее самоназвание вайнах) относятся к коренному населению Северного Кавказа. Говорят на ингушском языке нахско-дагестанской группы северокавказской семьи. Распространён также русский язык. В горах ингуши жили отдельными обществами: Галгаевское (отсюда самоназвание ингуши), Цоринское, Джейраховское и Мецхальское. Переселение на равнину начинается в XVI—XVII вв. Одним из главных направлений ингушской миграции с гор являлись Тарская долина и другие земли по реке Камбилеевке. Здесь не позднее конца XVII века расположилось село Онгушт (отсюда название ингуши), ныне село Тарское Пригородного района Северной Осетии. Особенно интенсивным стал миграционный процесс в XIX веке. В 1810 Ингушетия вошла в состав России. В 1817 местное население было переселено из большей части Сунженского района в Назрань.

Религия, верования, обычаи, традиции, обряды

Верующие — мусульмане-сунниты. 

Впервые с исламом предки ингушей столкнулись еще в Vll — lX вв. в период арабо-хазарских войн за обладание Кавказом. С XVll — XVlll вв. ислам стал проникать в Ингушетию со всех сторон как с Кабарды, так и со стороны Дагестана и Чечни. Массовое обращение ингушей в ислам началось во второй половине XlX в.

Процесс исламизации небольшой территории Центрального Кавказа затянулся, он прошел несколько этапов, в течение многих столетий. Длительный путь ислама в Ингушетии – итог стечения многих обстоятельств борьбы местного населения против попыток установить господство и навязать новую религию вместо укоренившихся здесь языческих представлений, а также и христианства.

Из мифов и легенд можно почерпнуть много интересных сведений об особенностях ингушского язычества. Так, верховный бог назывался Дяла, богом грома и молнии считался Села, богиней плодородия и покровительницей женщин – Тушоли, богом охоты и покровителем урожая – Елта (или Ялат), покровителями пещер и предсказателями будущего – Алла и Белла. По представлениям язычников, у каждого села, рода, реки, горы и т.д. был свой патрон, покровитель (ц1ув, ерда).

Особо почитался Села (этимология этого слова, возможно, связана со словом са – свет): ему был посвящен один из дней недели – среда; в среду нельзя было начинать новое дело, выходить в дальнюю дорогу и т.д.; убитый молнией, как человек, отмеченный Селой, считался святым. Интересно, что радугу ингуши называют луком Селы (Села1ад), а молнию – головешкой Селы (Села хаьшк).

Перед началом весенне-полевых работ ингуши отмечали праздник Тушоли. Предвестницей праздника считалась священная курица удод (тушол-котам). Бог охоты Елта (Ялат) мог подарить охотнику удачную добычу, а мог и наказать слишком алчного охотника. Елта принимал облик белобородого старца, белого оленя или вожака стада туров.

Язычники также поклонялись так называемым Матерям (Нанилгаш), которые почитались наравне с главными богами. Среди них были У-нана (Мать болезней), Хи-нана (Мать вод), Миха-нана (Мать ветров), Мехка-нана (Мать страны), Дарза-нана (Мать вьюг). Мехка-нана живет на вершине Казбека (инг. Бешлом-Корт) – самой высокой горы в Ингушетии. Она дает силы трудолюбивым людям, а ленивых наказывает, насылая на них болезни. Хи-нана заставляет течь реки, устав, ночью она на короткий миг засыпает. Вместе с ней «засыпает» вода в реках и становится густой (как сметана или кефир). Хи-нана выполняет все просьбы того, кто обратится к ней в этот момент, но губит всякого, кто потревожит «заснувшую» воду.

У каждого села, дома, леса, пещеры, у каждого человека есть свой тарам (покровитель), считали ингуши. Хозяина леса зовут хьун-саг (лесной человек). Тарам человека оберегает его, заботится о нем, как ангел-хранитель. Есть злые духи – ц1олаш, которые всячески вредят людям. После принятия ислама ингуши стали забывать свои языческие представления.

В Ингушетии в древности было много языческих храмов и святилищ (сел, селинг, ц1ув, ерда), до сегодняшнего дня сохранилась лишь небольшая их часть, но и они поражают своей красотой и изяществом.

Обряды, связанные с почитанием очага и огня, с женитьбой, похоронами, со строительством башен, с охотой, празднованием Нового года, праздника урожая и т.д., сегодня почти полностью забыты. Не только очаг, но и огонь очень почитались предками ингушей. До недавних пор ими клялись. Считали, например, что солгавший рядом с очагом человек будет жестоко наказан. Перед тем, как уйти на охоту, мужчины готовили ритуальный ужин, которым угощались только охотники, совершались ритуальные танцы, имитирующие удачную охоту. Интересные сведения о календарных обрядах ингушей приводятся в работах Чаха Ахриева. Все эти обряды сопровождались песнями, языческими молитвами, шутками. Один из языческих обрядов – мустагударг, т.е. обряд вызывания дождя, существовал до недавних пор. До сегодняшнего дня сохранился такой интересный обычай как шуточное сватовство.

Наверх

Ремесла и промыслы

В хозяйстве населения горной Ингушетии ведущее место занимало скотоводство (овцы, коровы, лошади, волы), сочетавшееся с земледелием (ячмень, овёс, пшеница), на равнине ведущей культурой являлась кукуруза. Ведущими отраслями сельского хозяйства в XX веке стали садоводство и виноградарство, тонкорунное овцеводство и мясо-молочное животноводство. В производственной деятельности ингушей значительное место занимало строительное дело (башни, храмы и святилища, наземные склеповые гробницы). Были развиты ювелирное, оружейное, кузнечное, гончарное ремёсла, сукноделие, обработка камня, дерева, кожи.

Наверх

Традиционное жилище

Традиционные башенные поселения в горах располагались на склонах или в глубине ущелий. Были распространены жилые, полубоевые (высота 8—10 м) и боевые (12—16 м) башенные постройки. Известны боевые башни в пять и реже шесть этажей (средняя высота 25—27 м). Возводились замковые комплексы и заградительные стены. На равнине ингуши жили крупными селениями, вытянутыми вдоль рек и дорог. Старинное жилище — хата-мазанка, позже длинный саманный или турлучный дом, в котором помещение каждой супружеской ячейки имело отдельный выход на террасу. Рядом с комнатой главы семьи и его жены — кунацкая (гостевая комната). Современные дома — преимущественно кирпичные с черепичной или железной крышей.

Наверх

Традиционная одежда

Традиционная одежда ингушей общекавказского типа. Мужская рубаха навыпуск с воротом на пуговицах спереди, перетянутая ремнём, прилегающий к талии бешмет с поясом и кинжалом. Позже получила распространение общекавказская черкеска с газырями. Тёплая одежда — овчинная шуба и бурка. Основной головной убор — папаха конусовидной формы, войлочные шляпы. В 20-е гг. XX века появились фуражки, несколько позже — высокие сильно расширяющиеся кверху папахи. Повседневная женская одежда: удлинённое платье-рубаха с разрезанным воротом на пуговице, широкие штаны, бешмет. Повседневные головные уборы — платки и шали.

Наверх

Национальная кухня. Рецепты

Традиционная пища ингушей — в основном мясо-молочная и растительная. Наиболее распространены: чурек с соусом, галушки из кукурузной муки, пышки из пшеничной муки, пироги с сыром, мясо с галушками, мясной бульон, молочные продукты (специфический «даты-кодор» — творог с топлёным маслом) и др. В пищевой рацион входили продукты охоты и рыболовства.

Наверх

Фольклор

В фольклоре ингушей заметное место занимает нартский героический эпос. Устное народное творчество: героические, исторические и лирические песни, сказки, сказания и предания, пословицы и поговорки. Излюбленный танец — парная лезгинка. В прикладном искусстве выделяются резьба по камню и изготовление войлочных ковров красных и оранжевых тонов с самобытным орнаментом (оленьи рога, горные растения, астральные фигуры).

Тайна безносого Силаймы

Чтобы обрадовать вас хорошим, чтобы развеселить вас веселым, расскажу

вам эту сказку…

Когда-то, давным-давно, жил один воин. Он ездил по белому свету,

выручал добрых людей из беды, наводил страх на врагов. Повидал он разные

страны, побывал во многих битвах, а когда почувствовал, что прошла его

молодость и надвинулась старость, решил вернуться в те места, где родился и

вырос. А родился он в ауле среди высоких гор, возле быстрого Терека. Туда и

направил он своего боевого коня. На привалах не задерживался, дорогу выбирал

покороче, где встречал реку — переправлялся вплавь, где встречал лес — не

объезжал его, а пробивался прямо через чащу. И все торопил коня: хотелось

ему поскорее родные горы увидеть.

И вот на двадцать третий день пути оказался богатырь у быстрого Терека.

Крутая каменистая дорога вела в горы. Когда конь стал подниматься по дороге

вверх, всадник придержал его и сказал:

— Поезжай потише, мой верный конь. Пока мы ехали к этим горам, я

торопил тебя, просил мчаться быстрее ветра. На привалах не задерживался,

дорогу выбирал покороче, где встречал реку — переправлялся вплавь, где

встречал лес — не объезжал его, а пробивался прямо через чащу. Не терпелось

мне, хотелось поскорее родные горы увидеть.

Довез ты меня до быстрого Терека. Теперь поедем не торопясь: я хочу

насмотреться на горы, каждый камень, каждое дерево хочу я разглядеть

получше. Ведь с той поры, как я уехал отсюда, много в Тереке воды утекло,

много раз листва опадала в лесах.

Послушался верный конь седока своего, пошел по дороге шагом. А воин,

отпустив повод, вспоминал свою молодость, глядел по сторонам, рассматривал

горы, старался ни одного дерева, ни одного камня не пропустить.

И вот вдали показался аул. Богатырь сразу узнал его, обрадовался и

сказал своему коню:

— Наконец-то я снова вижу аул свой. Стану в нем жить и больше никогда

его не покину. Скажи мне, мой верный конь, чего ты хочешь — жить при мне или

по свету поездить?

— Я хочу еще по свету поездить! Отдай меня молодому смелому джигиту,-

отвечал конь человеческим голосом.

Всадник подумал-подумал и говорит:

— Будь по-твоему. Не пристало боевому коню на конюшне стоять. Подарю я

тебя джигиту без коня, которого мы встретим в пути. Только ты его сперва

проверь — дорожит ли он тобою. Если он проверку выдержит, служи ему верою,

как мне послужил. А когда он отпустит тебя, разыщи меня снова.

— Хорошо,-произнес конь,-я выполню твой наказ.

Пока всадник с конем своим говорил, из того аула, куда он направлялся,

показался человек. Он шел навстречу по той же дороге. Всадник подъехал

поближе и увидел молодого джигита.

Когда воин поравнялся с ним, джигит почтительно поздоровался и

посторонился.

— Далеко ли путь держишь, джигит? — спросил богатырь.

— Далеко ли, и сам не знаю. Иду я счастье свое искать.

— А почему ты идешь пешком, разве у тебя нет коня?

— Сирота я. Нет у меня ни отца, ни матери.

Кто же мне даст коня?

— А тебе по душе мой конь? Хочешь, я тебе отдам его?

— Таких прекрасных коней я только во сне видел. Но как же ты дальше

поедешь, если коня отдашь мне?

— Бери, бери, до аула рукой подать, ноги меня донесут. А дальше я ехать

не собирался. Садись в седло, нельзя без коня в далекий путь отправляться.

Джигит помог воину слезть с коня, вскочил в седло, взял в руки повод.

Старый воин сказал:

— Теперь поезжай, ищи свое счастье, но запомни, что я тебе скажу на

прощанье. Лучше моего коня есть на свете только один конь. Пока ты его не

отыщешь, моего коня не меняй и никому не отдавай. А если добудешь того коня,

отпусти моего, он отыщет меня.

— Спасибо тебе за коня. А твой наказ я крепко запомню,- ответил молодой

джигит.

Попрощался он со старым воином, проводил его взглядом и поехал вниз по

каменистой горной дороге.

Теперь у меня есть конь. Не вернусь в аул, пока не отыщу свое счастье

,- сказал про себя Джигит и пришпорил коня. Конь помчался быстрее ветра.

Расступились горы, остался позади Терек, а конь все мчался и мчался.

Так они проехали три дня. На утро четвертого дня вдруг впереди

засверкала вода. Юноша подъехал поближе и оказался на берегу огромного,

широкого и глубокого озера. Посредине озера виднелся островок с высокой

каменной башней. Она сияла на солнце золотой крышей, серебряными окнами.

Поплыву к этой башне, посмотрю, кто в ней живет ,- решил джигит и

направил коня в воду. Конь покорился и поплыл к маленькому островку. Но он

не забыл наказ старого хозяина своего и решил проверить, дорожит ли им новый

хозяин. Когда до островка оставалось меньше половины пути, конь притворился,

что тонет.

— Без тебя я не хочу жить! — воскликнул джигит и отпустил коня.-

Выбирайся на берег, лучше я погибну!

Но конь не дал ему утонуть.

— Держись за седло,- крикнул он человеческим голосом,-доберемся до

берега оба! Я только проверить хотел, дорожишь ли ты мною.

И они двинулись дальше. Конь плыл, а джигит за седло держался.

Плыли-плыли, пока волна не вынесла обоих на берег.

Джигит взял коня под уздцы, подвел к башне и привязал к железному

кольцу, которое заметил у самого входа. Потом открыл серебряную дверь и

смело поднялся в башню. А в той башне жила красавица, подобная солнцу.

Джигит вошел, поздоровался и попросил у девушки напиться. Девушка подала ему

воды в дорогой чаше и бросила туда золотое кольцо. Юноша понял, что это

значит: девушка увидела его мокрый бешмёт и спрашивает, не поднялся ли он

из-под воды. Он отпил несколько глотков, бросил в чашу сучок и вернул ее

девушке. Это был ответ: я прибыл сюда по воде.

Садись, будь гостем моим и скажи, что привело тебя сюда,-сказала

хозяйка.

Джигит молча смотрел на девушку и не мог отвести глаз, а потом сказал:

— Я вышел на поиски своего счастья, а как увидел тебя, сразу понял, что

был бы счастлив стобой.

Красавица ответила:

— Ты тоже мне нравишься, джигит. Сюда, ко мне добраться не просто. Если

ты хочешь, чтобы я стала твоей женой, ты должен вернуться на берег, отыскать

человека по имени Силайма, узнать, здорова ли его жена, и выведать его

тайну. Но никому не говори, куда ты едешь, и ни у кого дороги не спрашивай.

— Как же я того Силайму узнаю? — спросил джигит.

А девушка ответила:

— Узнать Силайму нетрудно: у него нет кончика носа, но почему его нет,

того никто не знает. Это и есть тайна Силаймы. Он дал слово — открыть ее

только тому, кто совершит настоящий подвиг. Больше ничего я тебе сказать не

могу. Хочешь — ищи Силайму, не хочешь — возвращайся домой.

— Я найду Силайму, все узнаю о его жене и выведаю его тайну! —

воскликнул джигит и тут же попрощался с хозяйкой башни.

Вышел он к своему коню, вскочил в седло, выбрался на берег и пустился в

путь. Долго ли он ехал, коротко ли — догнал незнакомого всадника.

— Салам алейкум, добрый человек!

— Ва-алейкум салам! — ответил всадник.

— Куда путь держишь?

— К себе домой возвращаюсь. А ты куда едешь?-спросил незнакомец.

— А я счастье свое ищу.

Поехали они рядом. Джигит подумал-подумал и говорит:

— Я хочу подружиться с тобой.

— Сперва испытаем силу коней, потом сами померимся силами, а там

посмотрим, можешь ли ты быть другом моим,- ответил незнакомец.

Пустили они коней вскачь — конь джигита вырвался вперед. Потом

спешились и стали мериться силами. Джигит изловчился и положил незнакомца на

лопатки. Незнакомец сказал:

— Теперь я вижу, что ты можешь быть моим другом. До сих пор ни один

джигит меня еще не побеждал.

Сели они на коней и поехали дальше. Едут джигиты и рассказывают друг

другу разные истории. Вот увидели на пригорке большой каменный дом. Когда

проезжали мимо, из дому выбежала девочка и сказала:

— Не шумите у этого дома: если проснется Берзы Каза, не сносить вам

головы.

— А кто такой этот Берзы Каза, что все его бояться должны? — громко

спросил джигит.

— Тише! — испугался его спутник.- Берзы Каза — страшный волчище. На

всем белом свете нет никого опаснее его. Не страшусь я никаких чудовищ, а

вот с ним встречаться не решаюсь. Я за своего коня боюсь: он сызмала волков

пугается.

Но Берзы Каза уже проснулся. Из дому послышалось его грозное рычание.

— Я приму с ним бой, мой конь не из пугливых. А ты отъезжай подальше,

спустись в лощину и подожди меня!-крикнул джигит своему новому другу.

Едва спутник его отъехал, из дому показался страшный волчище Берзы

Каза. Был он лохматый, огромного роста, с большущими клыками. Джигит не

испугался. Конь его тоже стоял как ни в чем не бывало.

-Давай бороться! — крикнул Берзы Каза.

— Давай! — смело ответил джигит и слез с коня.

Начали они бороться. Боролись час, боролись боролись три. Наконец

джигит осилил Берзы Каза и подмял его под себя. Не давая волчищу опомниться,

он выхватил свой кинжал и снес ему голову. А затем вскочил на коня и поехал

в лощину, где друг его дожидался.

Направились они дальше и скоро оказались у какого-то замка. Друг

подъехал к воротам и сказал:

— Вот в этом замке я и живу. Сделай милость, будь моим гостем.

Он привел джигита в кунацкую , усадил, а сам вышел за угощением. Джигит

осмотрелся и заметил, что в одну из дверей проникает какое-то сияние.

Подошел, приоткрыл дверь и удивился: на высокой постели лежала красавица.

Сияние исходило от ее лица, от ее волос. Но глаза красавицы были закрыты.

Красавица тяжело ворочалась и стонала. Когда хозяин вернулся, джигит не

выдержал и спросил, кто это лежит в соседней комнате.

— Это жена моего брата. Она отчего-то вдруг занемогла и с каждым днем

слабеет. Мы с братом не знаем, чем ее вылечить. У всех лекарей побывали, все

снадобья перепробовали, а ей все хуже и хуже. Брат мой опять уехал искать

лекарство, неизвестно — привезет или нет.

Пока не отыщу для нее лекарство, не поеду дальше,-решил джигит. Другу

он ничего не стал говорить.- Вот вернусь с лекарством, тогда и скажу. Пусть

он пока остается здесь. Мало ли что случиться может, потребуется помощь, а

помочь будет некому . Когда его друг вышел из комнаты джигит выбежал из

замка, вскочил на коня и выехал в поле.

— Что ты решил? Куда нам следует ехать? -спросил у него конь после трех

дней пути.

— У моего друга есть брат, его жена прекраснее лучей солнца. Но она

вдруг занемогла и лежит при смерти в замке. Я хочу помочь ей вылечиться.

Пока я не найду для нее лекарство, не успокоюсь -. ответил юноша.

— Лекарство находится далеко отсюда, за двумя высокими горами, которые

стоят так близко одна к другой, что и муравей не проползет между ними. Время

от времени горы расходятся, но это продолжается всего один миг. Когда они

расходятся, между ними может проскочить всадник. Горы сразу с громом и

грохотом сходятся. Все, что попадает между гор, обращается в пыль. Когда

подъедем вплотную, ты крикни, будто кричат пятнадцать человек, и ударь меня

кнутом, будто ударили восемнадцать человек. Я брошусь вперед, и мы проскочим

между горами,-посоветовал конь.

— Хорошо, я сделаю все, как ты сказал, только поезжай побыстрее, чтобы

нам поскорее вернуться,- ответил джигит.

Конь помчался вперед. И вот впереди показались горы. Джигит подъехал

поближе и увидел: две горы стоят так близко, что даже муравью между ними не

проползти. Слез джигит с коня, подобрал сваленное сухое дерево, подошел к

двум горам и, когда они разошлись, сунул дерево между ними. Горы сдвинулись

с грохотом и громом и раздавили дерево в порошок. Правду сказал мне конь,

опасное это место ,- подумал джигит. Но раздумывать н стал и вскочил на

коня. Напряглось, словно сало каменным, все его тело, гулко забилосьсердце.

Джигит крикнул, будто крикнуло пятнадцать человек сразу,- горы разошлись, он

хлестнул коня будто его хлестнуло восемнадцать человек, и устремился в щель.

Горы сомкнулись с грохотом и громом, но смелый всадник успел проскочить.

Поехал джигит по равнине. Ехал-ехал и заметил вдали огромного льва. Лев

громко рычал и катался по земле.

— Этот лев занозил себе ногу острым осколком камня,- сказал конь,-

поэтому он так мечется. Ты вырой яму, и мы укроемся в ней. А затем начни

дразнить льва. Лев бросится к нам, перепрыгнет через яму, и острый камень,

засевший в его лапе, выпадет. Лев успокоится, станет смирным и поможет

добыть лекарство, которое мы ищем.

Джигит послушался доброго совета. Быстро вырыл яму, укрылся в ней с

конем и принялся дразнить льва. Лев бросился на крик и перепрыгнул через

яму. Острый камень вылетел, боль в лапе прошла. Лев лег на траву и довольно

заурчал. Когда джигит выбрался из ямы, лев проговорил человеческим голосом:

— Это ты меня от мук избавил? Теперь я твой друг. Скажи мне, что

привело тебя в эти края. Сюда мало кто может добраться, а тот, кто

добирается, не может обратно вернуться.

— Я ищу средство, чтобы вылечить одного человека,- ответил джигит и

поведал льву, кто он и откуда.

— Следуй за мной,- коротко промолвил лев. Шли-шли и наконец дошли до

глубокой пещеры.

— Подожди меня здесь,-сказал лев, а сам скрылся в пещере. Вышел оттуда

с кувшином молока и отдал его юноше с такими словами:

— Если трижды побрызгать этим молоком больного человека, он сразу

станет здоровым.

Джигит поблагодарил льва и отправился в обратный путь.

Ехал-ехал и опять оказался у двух гор. Подъехал к ним вплотную,

крикнул, будто крикнуло пятнадцать человек, хлестнул коня, будто хлестнуло

восемнадцать человек. Горы разошлись на миг, и конь устремился в щель. Горы

сдвинулись с грохотом, но смелый всадник уже проскочил.

Долго ли ехал, коротко ли, наконец прибыл джигит к своему другу. Зашли

они в комнату, где лежала красавица, и трижды побрызгали ее молоком. Она

сразу встала с постели, будто никогда и не болела. Друг джигита побежал за

братом своим. А красавица взглянула на джигита и сказала:

— Когда мой муж увидит меня здоровой, он сильно обрадуется и спросит,

что тебе подарить. Ты отвечай: Подари мне вон ту саблю с отломанным концом и

вон ту серую клячу, что пасется на лугу; больше мне ничего не нужно . Сабля

эта не простая: кто владеет ею, того никто не победит в поединке. А у коня

только вид неказистый. Быстрее его на свете нет другого коня.

Джигит выслушал ее и подумал: Видно, нашел я того коня, о котором мне

старый воин говорил, когда отдавал своего скакуна .

И вот приехал муж, увидел, что жена его выздоровела, обрадовался и

воскликнул, обращаясь к молодому джигиту:

— За то, что ты для меня сделал, проси у меня что хочешь!

— Подари мне саблю с отломанным концом и серую клячу, что у замка

пасется,- попросил юноша,- больше мне ничего не надо.

— Зачем тебе поломанная сабля и старый конь?-удивился хозяин

замка.-Взял бы что-нибудь получше.

Но джигит стоял на своем. Хозяин отдал ему саблю и старую клячу.

Пока хозяин замка говорил с ним, джигит удивленно поглядывал на его

лицо: у хозяина не было кончика носа. Уж не это ли Силайма, которого я

должен найти? — подумал он. Потом набрался решимости и спросил:

— Скажи мне, пожалуйста, не зовут ли тебя Силаймой?

— Да, я Силайма, прозванный Безносым, а зачем тебе это знать?

— Красавица, которая живет в башне посредине озера, дала слово стать

моей женой, если я узнаю тайну человека по имени Силайма. Скажи мне, какой я

должен подвиг совершить, чтобы ты раскрыл мне свою тайну?

— А разве ты не совершил подвига, раздобыв лекарство для моей жены?

Слушай, что со мною приключилось.

В одной высокой башне, которая стояла в середине моря, жили-были две

сестры. Я посватался к старшей из них (ее-то и вылечил ты). Она ответила,

что выйдет за меня, если я пригоню табун лошадей семиголового горного змея

вместе с тигроподобным жеребцом. Я взял с собой восемь товарищей и поехал за

этим табуном. Мы угнали табун, когда семиголовый змей спал. Но скоро он

проснулся, узнал, что мы угнали его лошадей, и бросился вдогонку. Едва мы

выбрались из гор и выехали на равнину, сзади поднялся шум и гул. Это змей

мчался за нами следом. Он отломал верхушку горы и бросил ее в нас. Каменной

глыбой он убил восьмерых моих товарищей. Я ехал впереди на тигроподобном

жеребце, и камень меня не достал. Но маленький осколок камня срезал мне

кончик носа. С тех пор меня и прозвали Безносым Силаймой. Вот тебе моя

тайна.

Джигит выслушал рассказ Силаймы и заторопился в дорогу. Попрощался он с

Силаймой, с его женой-красавицей, с его братом, другом своим взял волшебную

саблю и пошел к своим коням: к тому, на котором приехал, и к тому, которого

Силайма ему подарил.

Сначала отпустил коня, которого ему у родного аула старый воин подарил:

— Поезжай, отыщи первого своего хозяина, поклон ему от меня передай и

живи при нем.

— Прощай, молодой джигит-сказал конь человеческим голосом и ускакал.

Затем джигит оседлал серую клячу, а когда сел на нее, она тряхнула

гривой, мотнула головой и обернулась стройным серым скакуном.

— Куда везти тебя, храбрый джигит? — спросил скакун человеческим

голосом.

— Вези меня к большому озеру, где в башне под золотой крышей моя

невеста живет.

Серый конь рванулся вперед. Он больше летел по воздуху, чем по земле, и

к вечеру оказался у озера.

— Отыскал ли ты человека по имени Силайма, узнал, как поживает его

жена, и выведал ли его тайну? — спросила девушка-красавица, когда увидела

джигита.

— И Силайму я нашел, и жену его видел, и его тайну выведал. Сейчас

расскажу тебе все, как было,-ответил джигит.

Рассказал он ей о своих приключениях: как oн подружился с братом

Силаймы, как победил страшного волка Берзы Каза, как добыл чудесное молоко,

вылечил красавицу жену Силаймы. Поведал и тайну Силаймы.

— Ты нашел Силайму и узнал его тайну. Ты добыл чудесное молоко и спас

жизнь красавице, которая приходится мне родной сестрой,- воскликнула

девушка,-я согласна стать твоей женой!

Юноша женился на ней, и они стали жить-поживать Если на их землю

налетали враги, молодой джигит доставал свою волшебную саблю, садился на

чудесного коня, выезжал навстречу врагам и обращал их в бегство. И пошла из

аула в аул молва о добром непобедимом богатыре и его красавице жене.

 

Как старик шайтанов перехитрил

У подножия высокой горы, на опушке леса, стояла маленькая сакля,

обмазанная глиной, с плоской крышей, небольшими окнами и низенькой дверью. В

той сакле жили старик со старухой. Детей у них не было. Старик ходил в лес

на охоту, а старуха за домом смотрелаОднажды на рассвете шел старик лесом и

под кустом увидел спящего зайца, но пожалел его и стрелять не стал. Пошел он

дальше и в глубокой пещере заметил медведицу с медвежатами. Их он тоже не

тронул и пошел своей дорогой.

А в том лесу с некоторых пор поселились шайтаны. Они считали лес своим,

и им не нравилось, что старик как хозяин бродит по лесу и охотится.

Собрались они и порешили выжить старика из леса. Но как это сделать? Долго

думали, но не могли ничего придумать. Наконец самый старший шайтан,

огромный, страшный,-звали его Панк-Панк — сказал:

— Я выйду к нему и скажу: Я — Панк-Панк, самый страшный среди шайтанов!

Давай, старик, бороться с тобой! Если ты меня поборешь, то можешь и дальше в

нашем лесу охотиться. А уж если я тебя поборю — ты уйдешь отсюда и больше

никогда в лес не будешь приходить .

— Хитро ты придумал! — закричали шайтаны.

Отыскал Панк-Панк старика в чаще, подошел к нему и сказал:

— Я — Панк-Панк, самый страшный среди шайтанов! Давай, старик, с тобой

бороться! Если ты меня поборешь, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться.

А уж если я тебя поборю — ты уйдешь отсюда и больше никогда в наш лес не

будешь приходить.

— Хорошо, я согласен,- отвечает старик,- но только сначала ты поборись

с моим младшим братом, а то я боюсь, что переломаю тебе все ребра.

Повел он страшного Панк-Панка к той пещере, где заметил медведицу, и

говорит:

— Мой младший брат живет в этой пещере. Зайди к нему и поборись с ним.

А уж если его поборешь, тогда и я стану с тобой силой мериться.

Послушался его Панк-Панк и пошел в пещеру. А медведица проснулась на

шорох, поднялась на задние лапы, обхватила непрошеного гостя и давай его

мять. Помяла-помяла, в пыли поваляла и сбросила в пропасть.

Выбрался Панк-Панк из пропасти еле живой, а старик тут как тут — стоит

усмехается:

— Ну что, теперь со мной поборешься? А Панк-Панк и слова не в силах

вымолвить. Притворился, что не видит старика, и побрел скорее в чащу.

Добрался к своим, еле в себя пришел, а потом поведал, что с ним случилось.

— Нет, никому из нас не побороть старика! — закончил он свой рассказ.

Стали шайтаны думать, советоваться, как дальше быть. Долго думали, но

не могли ничего придумать.

Наконец средний шайтан, самый ловкий и быстрый,-звали его

Танк-Танк-предложил:

— Я выйду к старику и скажу ему: Я — Танк-Танк, самый быстрый и самый

ловкий среди шайтанов! Давай, старик, с тобой наперегонки побежим. Если ты

прибежишь первым, то можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я

буду первым — ты уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не вернешься .

— Хитро ты придумал!

Отыскал Танк-Танк старика в чаще, подошел к нему и сказал:

— Я — Танк-Танк, самый быстрый и самый ловкий среди шайтанов! Давай,

старик, с тобой наперегонки побежим! Если ты прибежишь первым, то можешь и

дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я буду первым — ты уйдешь из нашего

леса и больше никогда сюда не вернешься.

— Хорошо, я согласен,- отвечает старик,- но только сначала ты моего

сынка догони. Хочу убедиться, быстро ли ты бегаешь.

Повел он Танк-Танка в ту сторону, где видел зайца, который спал под

кустом. Не доходя до куста, остановился, поднял сосновую шишку и бросил в

зайца, а шайтану сказал: Беги за ним! Заяц вскочил и бросился наутек, а

Танк-Танк помчался за ним следом. Полдня носился он за зайцем, но так и не

смог догнать его. Исцарапался он, запыхался — вот-вот задохнется. Понял

Танк-Танк, что сына старика ему не догнать. Свалился на тропинку и лежит —

отдышаться не может. А старик тут как тут — стоит усмехается:

— Ну что, теперь со мной наперегонки побежишь?

А Танк-Танк и слова не может вымолвить. Притворился, что не видит

старика, поднялся и побрел скорее в чащу. Добрался кое-как к своим, еле в

себя пришел, а потом подробно рассказал шайтанам, что с ним случилось.

— Нет, никому из нас не обогнать старика! — закончил он свой рассказ.

Стали шайтаны думать, как дальше быть. Долго думали, но ничего не могли

придумать. Наконец самый младший, самый сильный и самый хитрый,- звали его

Манк-Манк — предложил:

— Я возьму булаву, которая нам от наших предков досталась, выйду к

старику и скажу ему:

Я — Манк-Манк, самый сильный и самый хитрый среди шайтанов! Давай,

старик, будем с тобой бросать эту булаву. Если ты бросишь ее выше, чем я, то

можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я брошу булаву выше, то ты

уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не придешь .

— Хитро ты придумал!

Вышел Манк-Манк из чащи, отыскал старика и сказал ему:

— Я — Манк-Манк, самый сильный и самый хитрый среди шайтанов! Давай,

старик, будем с тобой бросать эту булаву. Если ты бросишь ее выше, чем я, то

можешь и дальше в нашем лесу охотиться. А уж если я брошу булаву выше — ты

уйдешь из нашего леса и больше никогда сюда не придешь.

— Хорошо, я согласен,- отвечает старик,- только начнем с тебя, ты

бросай первый.

Схватил Манк-Манк тяжелую булаву, замахнулся и изо всей силы бросил ее

вверх. Взлетела булава выше самых высоких деревьев, выше самой высокой горы

и скрылась в тучах. И только через час послышался вой и свист и булава

упала, ушла в землю по самую рукоятку.

— Теперь твоя очередь, старик! — гордо сказал Манк-Манк, самый сильный

и самый хитрый среди шайтанов.

Старик взялся за рукоятку, но бросать не спешил — он знал, что такую

тяжелую булаву ему и не поднять. Стоит он, на небо поглядывает и будто

высматривает что-то.

А Манк-Манку не терпится:

— Что же ты не бросаешь? Старик ему отвечает:

— В прошлом году я забросил на небо такую же булаву и пробил там дыру.

Этой дыры сейчас не видно, ее облаком закрыло. Подождем, пока облако в

сторону уйдет, чтобы не пробивать новых дыр.

— Что ты, что ты, старик! — испугался Манк-Манк.- Эту булаву нельзя

насовсем забрасывать:

она нам от наших предков досталась!

Не стал он дожидаться, что ему ответит старик, вырвал булаву из земли и

бросился с нею в чащу. Бежит, а сам все оглядывается — не догоняет ли

старик, чтобы отобрать заветную булаву и забросить на небо. Прибежал он к

братьям своим, долго в себя не мог прийти, а потом рассказал, как старик

хотел забросить на небо булаву, которая им от предков досталась.

— Нет, ничего с этим стариком нам не сделать! — сказали шайтаны.

И решили они, что лучше им самим покинуть этот лес и перебраться в

другое место.

Так они и сделали. Взяли свою булаву и побрели куда-то в горы —

подальше от хитрого старика.

А старик остался со своей старушкой жить в сакле на опушке леса. Он

спокойно охотился в лесу, а старуха за домом смотрела.

 

Сон или сказка?

Жил в одном ауле горец, и был у него сын. Однажды утром отец вынес на

улицу зерно просушить. Сыну он велел следить, чтобы птицы зерно не склевали,

а сам пошёл по делам. В полдень возвращается отец и видит: сын сидит на

своём месте и дремлет. То зерно, которое лежало рядом с ним, так и лежит, а

то, что подальше, — поклевали птицы.

Рассердился отец и окликнул сына. Мальчик вздрогнул и повернулся к

отцу.

— Что же ты за зерном не уследил? — спрашивает отец.

А сын удивлённо отвечает:

— Не мог я за зерном уследить, ведь пришлось мне за дочкой падчаха ‘

сходить.

— За какой ещё дочкой? Я тебя никуда не посылал! — удивился отец.

— Ты-то меня не посылал, да я сам пошёл. Расскажу тебе всё по порядку.

Сели они рядышком, и принялся сын рассказывать:

— Когда ты ушёл, я сидел-сидел, гляжу — нет никаких птиц. Отыскал я

старый бешмет, повесил его на ветку, чтобы он отпугивал птиц, а сам решил

прилечь и отдохнуть. Но вскоре я оказался на берегу реки. Окунулся я в воду

и превратился вдруг из мальчика во взрослого джигита. Искупался, вышел на

берег, оделся и только собрался уходить — гляжу, идёт к реке красивая

девушка с кувшином в руке.

Увидела она меня, подошла поближе и говорит:

— Погоди, джигит, не уходи, я дочь князя и хочу посоветоваться с тобой.

Я остался, и вот что рассказала девушка: -• Один грозный падчах с

несметными войсками подступил к границе наших земель. А нашему князю, моему

отцу, прислал он два ножа и приказал угадать, какой из них принадлежит

простому горцу, а какой — падчаху. И сказал ещё тот падчах, что если не

получит ответа, то опустошит всю нашу землю.

1 Падчах — царь, шах.

Собрались люди со всей округи, думали, думали, но никто ответить

падчаху не смог… Не можешь ли ты, юноша, помочь нам в беде?

На это я сказал княжеской дочери:

— Положите оба ножа в огонь. На ноже простого горца проступит жир,

потому что он был в работе. А нож падчаха в работе не был, — сколько ни

нагревай его, он останется сухим. Передай мой совет отцу, а пойдёшь к реке

опять — захвати с собой лепёшек. Я совсем проголодался.

Девушка ушла. В полдень возвращается к реке, достаёт лепёшки и говорит:

— Ты был прав, говоря о ножах. Но теперь падчах прислал отцу двух

петухов и велит угадать, который из них старый и который молодой. Никто не

знает, как ответить грозному падчаху.

Я посоветовал дочери князя: два дня не давайте петухам есть. А на

третий день выпустите их и насыпьте пшеницы. Оба петуха бросятся клевать

зерно. Тут вы и примечайте: молодой петух будет стоять головой к ветру, а

старый повернётся к ветру хвостом.

Девушка ушла домой. А я сижу у реки и жду её. Через три дня она опять

вышла к реке.

— Я совсем проголодался, дожидаясь тебя, — сказал я княжеской дочери.

А она объясняет:

— Я хотела увидеть, как будут петухи клевать зерно. Ты был прав. Падчах

остался доволен нашим ответом. Но теперь свалилась на нас новая беда.

Грозный падчах прислал моему отцу железный столб и велел передать: если

кто-нибудь сможет этот столб поднять одной рукой, бросить через пропасть и

попасть в кувшин, он отступит от нашей границы. А. если никто железный столб

броситьне сможет, падчах разорит наш край. Все наши джигиты собрались, но ни

один не в силах этот столб поднять.

— Хорошо, — говорю я, — я подниму железный столб одной рукой, переброшу

его через пропасть и попаду в кувшин. Только сначала пусть князь прикажет

заколоть бычка и накормить меня. Так ему и передай.

Побежала девушка домой, а меня попросила подождать, никуда не уходить.

Я остался на берегу. И часу не прошло — прибегает она обратно:

— Сказала я князю, что нашла джигита, который берётся железный столб

одной рукой поднять, через пропасть перебросить и в кувшин попасть, но

просит, чтобы его сначала накормили. Князь приказал своим слугам, чтобы они

закололи бычка, зажарили его и накормили тебя. Пойдём со мною!

Я пошёл с нею. Накормили меня люди князя. Потом мне показали железный

столб, который прислал князю падчах. Я поднял этот столб одной рукой,

перебросил через пропасть и попал в кувшин. А на том краю пропасти стоял

грозный падчах со своим войском. Увидел он, какие в нашем краю джигиты есть,

испугался и отступил со своим войском от наших границ.

А князь обрадовался, похвалил меня и говорит:

— У грозного падчаха есть красавица дочь. Она достойна стать невестой

такого джигита, как ты. Иди к падчаху, попроси его отдать за тебя дочь. А мы

тебе справим свадьбу, какой никто ещё не видывал.

В тот же день я отправился в путь. Шёл-шёл и оказался у большой реки.

Гляжу, на берегу человек черпает воду огромным ковшом, величиной с бочку,

выпивает-и кричит, что умирает от жажды.

— Вот так чудо!-удивился я.

— Я не чудо, — возразил незнакомец. — Джигит, который железный столб

через пропасть перебросил и в кувшин попал, — вот чудо.

— Это я железный столб через пропасть перебросил, а теперь за дочерью

падчаха иду. Пойдёшь со мной? — сказал я незнакомцу.

— Пойду, — отвечает он, — только ковш воды с собой захвачу.

Пошли мы дальше вдвоём. Шли-шли и заметили человека, который бежал так

быстро, что лань от него уйти не могла. Мчится он рядом с ланью, рукой

поглаживает её по спине, а над ним сокол летит. Обут человек в тяжёлые

железные башмаки, и к одной ноге мельничный жёрнов привязан.

— Вот так чудо! — удивились мы оба.

— Я не чудо. Джигит, который железный столб-одной рукой поднял, через

пропасть перебросил и в кувшин попал, — вот чудо! — крикнул в ответ

незнакомец.

— Это я железный столб через пропасть перебросил!- кричу ему вслед. —

Пойдёшь с нами за дочкой падчаха?

— Пойду, — ответил незнакомец, — только я и сокола с собой возьму.

Пошли мы дальше втроём. Шли-шли и увидели человека: стоит он

неподвижно, приложив ухо к скале.

Я спрашиваю:

— Что ты делаешь?

— Хочу узнать, в какую сторону уползла змея, которая живет за седьмой

горой к восходу.

— Вот так чудо! — удивились мы.

— Я не чудо. Джигит, который железный столб одной рукой поднял, через

пропасть перебросил и

в кувшин попал, — вот чудо! — молвил незнакомец вответ.

— Это я железный столб через пропасть перебросил, а теперь за дочкой

падчаха иду. Пойдёшь с нами? — спросил я его.

— Пойду.

Пошли мы дальше вчетвером. Шли-шли и встретили ещё одного человека: ходит он по лугу, хватает одной рукой сразу по три стога сена и переносит эти стога с одного места на другое, а рядом с ним бегает волк.
— Вот так чудо! — удивились мы.
— Я не чудо. Джигит, который железный столб одной рукой поднял, через  пропасть перебросил и в кувшин попал, — вот чудо! — произнёс незнакомец.
— Это я железный столб через пропасть перебросил!- воскликнул я и спросил незнакомца: — Пойдёшь с нами за дочкой падчаха?
— Пойду, — охотно согласился он. — Только я возьму с собой и волка, он нам пригодится.
Пошли мы дальше впятером, а с нами ещё волк с соколом. Шли-шли, пока не добрались до дворца падчаха.
У ворот нас встретила стража:
— Куда вы идёте?
Мы ответили, что пришли за дочкой падчаха. Стража выпустила из клетки боевого петуха и говорит:
— Дальше и шагу не сделаете, если нашего петуха не одолеете. Есть у вас петух для боя?
— Петуха нет, но есть сокол! — воскликнул я и выпустил сокола.
Сокол налетел на петуха, все перья повыдергал и заклевал его.
Мы поспешили дальше. А чуть дальше — вторые ворота, и около них опять стража.
— Куда вы идёте?
Мы ответили, что пришли за дочкой падчаха. Главный стражник спустил с цепи собаку и крикнул:
— Дальше и шагу не сделаете, если у вас нет собаки, чтобы с нашей стравить!
— Собаки у нас нет, но есть волк!-воскликнул я и выпустил волка. Он налетел на собаку, вцепился ей в загривок и стал трепать. Собака вырвалась и убежала. Стража посторонилась, пропустила нас. Глядим, а там уже домик для нас приготовлен. Слуги собирают на стол, Несут из дворцовой кухни еду.
— Послушай, Чуткое Ухо, о чём на кухне говорят,- обратился я к тому человеку, который слушал, как змея за седьмой горой ползла.
Он отвечает:
— Падчах приказывает в нашу еду подмешать яду.
Когда слуги внесли блюда, мы им сказали:
— Передайте падчаху, что мы благодарим его за угощение, но есть нам не хочется.
Слуги удалились, а мы легли спать. Но только мы начали засыпать — вдруг домик наполнился дымом. Вскочил я, выглянул из домика и вижу: у всех дверей, у всех окон огонь пылает. Так вот оно что!-догадались мы. — Падчах решил нас сжечь».
— Ты принёс с собой ковш воды, погаси огонь, — попросил я человека, который пил огромным ковшом воду у реки и кричал, что умирает от жажды. Он опрокинул свой ковш, и огонь тут же погас.
Мы опять легли. Но и на этот раз заснуть не удалось. Изо всех окон потоками хлынула на нас вода. Мы сразу догадались: «Теперь нас утопить хотят».
— Перенеси наш домик на сухое место, — попросил я человека, который переносил на лугу стога сена с одного места на другое.
Он выскочил, подхватил дом и перенёс на пригорок.
Наутро является слуга падчаха:
— Падчах сказал, что отдаст тебе дочь, если кто-нибудь из вас обгонит колдунью, которая живёт при дворце.
Привели колдунью. Рядом с нею стал человек,. который лань на одной ноге обгонял. Снял он свой железные башмаки и отвязал жёрнов. Слуга падчаха подал знак — бросились скороход с колдуньей бежать и сразу скрылись из виду.
— Прислушайся, Чуткое Ухо, что там делается, — попросил я другого своего товарища — того самого, который мог услышать шорох змеи за седьмой орой.
Он приложил ухо к земле и отвечает:
— Ведьма спешит обратно, а товарищ наш лежит за седьмой горой. Видно, ведьма усыпила его чем-то.
Я оглянулся по сторонам и заметил у дворца железный столб. Схватил я его и спрашиваю:
— Как же разбудить его?
— Надо ударить в дерево, которое стоит рядом,- скороход сразу и вскочит.
Я бросил железный столб в дерево и расщепил его. Наш друг проснулся, вскочил и бросился догонять колдунью. Настиг он её на третьей горе, столкнул в пропасть, а сам прибежал к дворцу.
Падчах выглянул в окошко и крикнул:
— Забирай мою дочь и уходи поскорее!
Взяли мы дочь падчаха и вернулись в родные края.
— Видишь, сколько дел у меня было, разве мог я за птицами уследить? — сказал сын, обращаясь к отцу.
— Зерно вижу, тебя вижу, а вот дочки падчаха и приятелей чудесных твоих не видать что-то. Где же они? — спросил отец.
Сын оглянулся по сторонам, но тоже никого не увидел. И тут только он проговорил:
— А всё остальное, должно быть, мне во сне приснилось.

 

Наверх

Язык и письменность

Наверх