МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
«ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ»

ИННОВАЦИОННЫЕ МОДЕЛИ ПОЛИКУЛЬТУРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
ДЛЯ СИСТЕМЫ ОБЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

 
Селькупы « ИННОВАЦИОННЫЕ МОДЕЛИ ПОЛИКУЛЬТУРНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ДЛЯ СИСТЕМЫ ОБЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
Warning: Use of undefined constant gallery_styles - assumed 'gallery_styles' (this will throw an Error in a future version of PHP) in /var/www/u0515982/data/www/identity2010.ru/wp-content/themes/atahualpa353/functions.php on line 154
'); require('./region-map.php'); require('./prizyv.php'); } ?>

Религия, верования,обычаи, традиции, обряды
Ремесла и промыслы
Традиционное жилище
Традиционная одежда
Национальная кухня. Рецепты
Фольклор
Язык и письменность

Селькупы (селькуп. сёльӄуп, суссе ӄум, чумыль-ӄуп, шельӄуп, шешӄум; устаревшее — остяки-самоеды) — народ, живущий на севере Западной Сибири. До 1930-х их называли остяко-самоедами.

Существуют две группы селькупов — северная (самознавание — «солькуп», «шолькуп») и южная (самознавание — «чумыль куп», «суссе кум» или «шош кум»). Северные селькупы живут на востоке Ямало-Ненецкого автономного округа (Красноселькупский район) и севере Красноярского края (Туруханский район). Южные селькупы живут на севере Томской области (Колпашевский район, север Парабельского и Каргасокского районов).

Деление селькупов на две территориальные группы и их контакты с соседними народами фиксируются в особенностях этнической культуры. Южные селькупы в настоящее время значительно ассимилированы русским населением и утратили многие элементы таежного охотничье-рыболовецкого хозяйственно-культурного комплекса, характерного для всех народов, живущих в таежной зоне Западной Сибири.

Северные селькупы, в контакте о северосамодийскими народами, а также кетами и эвенками, освоили таежное транспортное оленеводство и до настоящего времени сохраняют традиционное промысловое хозяйство, мобильное жилище (чум) традиционную для северян одежду (типа малицы), режимы питания, утварь, транспорт, продолжают бытовать некоторые функции традиционных социальных институтов, основы традиционного мировоззрения.

Религия, верования, обычаи, традиции, обряды

Несмотря на христианизацию еще в XVII—XVIII вв. у селькупов (особенно северных) сохранялись анимистические представления об окружающем мире. Творцом и добрым началом являлся Ном, олицетворяющий небо. Властитель зла Кызы обитал под землей. Он насылал на людей болезни. Для борьбы с болезнями селькупы обращались к шаманам, духи которых вступали в борьбу со злыми духами.

Умерших хоронили в земле, в долбленых стволах деревьев, в лодках. Сверху устанавливали деревянный сруб. Детей хоронили на ветках высоких деревьев. С покойным клали его имущество, предварительно подвергнув порче.

 Наверх

Ремесла и промыслы

Основными занятиями были охота и рыболовство. Орудия охоты – лук (ыдде, ынде) со стрелами, самострелы, ловушки давящего, ущемляющего и ударного типов. На крупных копытных (лося, дикого оленя) ставили изгороди с ямами, самострелы, на лисицу, песца, росомаху – кляпцы (чако), на глухаря – слопцы, на выдру – сеть-рукав, на белку, бурундука – плашки, на медведя, лису, зайца, песца, соболя – кулемы (уанго), на песца – пасти. На медведя ходили также с копьем-пальмой (чури-квезе). Петлями (чазар) ловили оленей, соболей, сетями – гусей, силками – куропаток, зайцев. Черкан (латта) обычно ставили на белку, горностая, колонка. Существовало выражение «черканная дорога» (ладая ваттом) – тропа, на к-рой охотник устанавливал от 100 до 200 черканов. Проверять ловушки, вынимать из них зверя и снова настораживать могли и женщины и дети. Т.о. женщина могла за день добыть 30–40 белок. Кулемы на медведя, загороди, загоны,
ямы на лося и оленя сооружали сообща, артелями. Зверя, особенно белку, добывали луком со стрелами. Сложный клееный лук С. славился далеко за пределами их обитания, был предметом обмена. Его делали в рост человека из 3 пород дерева – березы, кедра и черемухи. Между двумя склеенными пластинами из самой прочной части кедровой и березовой древесины прокладывали пластинку из вываренной кости и сухожилия. Утолщение в ср. части лука и его концы делали из черемухи. Сверху лук обклеивали тонким слоем бересты, концы обматывали саргой (нитью из черемуховой коры). Клей, отличавшийся большой прочностью, варили из рогов лося. Тетиву из лосиных жил на такой лук натягивали 4 мужчин. При стрельбе для натягивания тетивы на правую руку надевали перчатку с 3 пальцами (муунла), от удара тетивы руку предохраняли костяной пластинкой в форме полуцилиндра (утан-квэтче), привязанной к кисти ремешком. Наконечники стрел были разные: длинные заостренные, костяные и железные – на кр. зверя, деревянные закругленные с тупым концом (чтобы не портить шкурку) – на пушного зверя, железные в форме острой лопаточки – на рыбу, вильчатые – на птицу и рыбу. Был распространен обычай выращивать в неволе зверей (песцов, лисиц, медведей), птиц (орлов, гусей, кедровок, кукш). Нек-рых из них затем использовали: орлиными перьями оперяли стрелы, из шкурок песцов и лисиц шили одежду.

Для охоты специально выращивали «беличьих» собак. На белковку уходили всей семьей. Значение охоты на белку было так велико, что основной меновой единицей стала связка из 10 беличьих шкурок (сарум). Это слово вошло в состав всех селькуп. числительных, означающих десятки начиная с 20. Роль промысла белки отразилась и в календаре: ноябрь назывался у них «беличьим» месяцем.

У селькупов давние традиции рыболовства на больших и малых реках. Добывали осетра, нельму, муксуна, омуля, стерлядь, чира, щуку, окуня и др. Ловили рыбу сетями – ставными ронкат-пок и плавными кургумты-пок, удочками, дорожками, на озерах – жерлицами (поплавками с крючками), на Оби – неводами нагыджа-пок, на маленьких речках и протоках ставили запоры (атарма, квеме, пюрманчу) с ловушками в отверстиях и котцы (тавур). Занятие рыболовством отражают назв. селькупских месяцев: «месяц щучьей икры», «месяц язевой икры», «месяц нельмы», «месяц рыбных запоров» и др. Практиковался лов заморной (духовой) рыбы: во время цветения воды в Оби рыба уходила в глубокие места (ямы), где ключи давали свежую воду, и вставала там плотными косяками вплоть до зимы. Способ добычи такой рыбы наз. «ломанье» или «топтанье» ям. В ломанье обычно участвовали все жители селения в заранее назнач. день. Места над ямой делили по жребию. Рыбаки пробивали отверстия во льду и проводили через них невод. За день общий улов мог доходить до тонны. Сев. С. традиционно занимались оленеводством, в основном для транспортных целей. В одном хоз-ве обычно имелось ок. 20 (иногда более 50) животных. Пасли их без оленегонных собак, периодически отпуская на волю и затем собирая. Практиковалось и приизбенное оленеводство: для стада строили спец. оленьи сараи и дымокуры. Ноябрь у северных селькупов назывался  «месяц отпадения рогов оленей-самцов». До нач. ХХ в. было развито кузнечество. Из руды, доставляемой с Енисея, кузнец (чачури кум) выплавлял металл при помощи сыродувного процесса и спец. системы из 7 горнов и 14 мехов. Из полученного железа изготавливались орудия труда, оружие, кольчуги, изображения духов. Вплоть до ХХ в. пользовались также каменными и
костяными орудиями труда (скребки для выделки кожи, зернотерки, наконечники стрел, ножи, крючки, иглы и пр.). С. умели обрабатывать крапиву, прясть из нее нитки (при помощи прядильного веретена кето), ткать крапивные холсты для шитья одежды, одеял на оленьем меху (то-ит), матрасов (тан-где).

Подсобную роль играло собирательство. Ягоды, клубни сараны, дикий лук заготавливали женщины и дети. Особенное значение имел сбор смородины, черники, клюквы и брусники. В Нарымском кр. был развит кедровый промысел.

Благодаря контактам с русскими в XIX в. таежные селькупы научились приемам земледелия и животноводства. Стали выращивать картофель, капусту, морковь, свеклу, огурцы, помидоры. На пойменных обских лугах пасли кр. рогатый скот, лошадей, держали свиней и овец.

Традиц. средствами передвижения были собачьи, оленьи (у сев. С.) и ручные нарты, а также лыжи и лодки. Нарты чаще всего прямокопыльные с шестью копыльями. Полозья делали из рябины и кедра, копылья – из березы, дугу-баран – из черемухи, нащепы – из ели, планки кузова – из сосны. Тип оленьих нарт, посадки на них, упряжи у сев. С. – самодийский. У русских С. научились передвижению на лошадях. Лыжи (тангыш) – дл. 1,7 м, шир. 20 см – делали из елового дерева. Древесину предварительно выпаривали, чтобы она стала мягкой, «как береста», выгибали в спец. станке, просушивали,обтягивали меховой подкладкой (понджи), сшитой из оленьих (20–30 шт.) или лосиных (12–18 шт.) камусов. Далее камус подклеивали, смазывая горячим клеем четыре раза, каждый раз подсушивая заготовку. Затем лыжу обматывали веревкой и сушили. На место крепления подклеивали подстилку из бересты, в просверленные отверстия продевали крепежные ремни. Лыжи держали в распорках. Перед тем как встать на них, деревянную поверхность обрабатывали лосиным или медвежьим салом. Срок службы сделанных т.о. лыж составлял не менее 5 лет. На них ходили с длинным шестом (чуро), на одном конце к-рого был костяной наконечник, а на другом – лопатка. Шестом, в частности, проверяли давность звериного следа. Охотник, отправляясь на промысел, грузил необходимое снаряжение на ручную нарту, подпрягая к ней 1–2 собак. Благодаря этому, идя на лыжах, он мог свободно перемещать до 150 кг груза. Еще в XIX – нач. ХХ в. у С. бытовала лыжа-нарта (кельче). Она имела вид шир. лыжи с завязками по бокам, иногда с низ. стенками, соединенными с полозьями деревянными гвоздями. В кельче, впрягая собаку, охотник вывозил мясо добытого лося. Лодки – долбленые разных видов (анты, ронтык, паба квышанд) и дощатые (завозни – из кедровых плах), для дальних переездов – крытые (илимки). Ездили на них стоя (юж.) или сидя (сев. С.), гребли однолопастным или двухлопастным веслом. Лодки вмещали от 1–2 до 8–10 чел. Герой селькуп. фольклора Ите ставит сети на берестяной лодке. У русских научились делать большие дощатые лодки-неводники.

 Наверх

Традиционное жилище

Для южных селькупов — это землянка или полуземлянка (карам о) с бревенчатым каркасом. Крыша покрывалась дерном и засыпалась землей. Северные селькупы-оленеводы использовали конический чум ненецкого типа, крытый оленьими шкурами. Летом покрытие было берестяным, к настоящему времени чаще используют брезент. Сего дня большинство селькупов, в т. ч. в Красноярском крае, проживают в современных типовых домах.

 Наверх

Традиционная одежда

Зимней одеждой мужчинам и женщинам у северных селькупов служила парка — распашная шуба из оленьих шкур мехом наружу. Под парку мужчины надевали рубахи, сшитые из покупной ткани, штаны из ровдуги, а женщины — домотканые платья. Вплоть до начала XX в. летняя одежда шилась из рыбьей кожи и крапивной ткани.
Зимней обувью мужчинам и женщинам служили сапоги-пимы из камусов или сукна, с голяшками из камусов. Летом надевали кожаные туфли (чирки), сапоги (лунтаи). Головной убор шился в форме капора из пыжей (шкурок молодых телят), песцовых или беличьих лапок.
Северные селькупы-оленеводы сохраняют в качестве зимней одежды малицы, сокуи и бакари ненецкого образца.

Наверх

Национальная кухня. Рецепты

 В прошлом селькупы питались преимущественно рыбой. Ее сушили, варили, заготавливали на зиму рыбий жир. Из сушеной рыбы изготавливали муку — порсу. Наиболее распространенное повседневное блюдо в зимний период — квашеная рыба. Квасили ее вместе с ягодами (брусника, клюква, морошка) в ямах.
Разнообразили пищевой ассортимент мясом боровой дичи, а у северной группы селькупов — изделиями из оленины. Растительное сырье дополняло основной — мясорыбный пищевой рацион. Выпекались лепешки из ячменной муки («мырса») и сараны («тогул»), приготовлялось собственное хлебное вино («уль»).
Из дикорастущих употреблялись в пищу дикий лук, сарана, различные лесные ягоды. Из ягод варили варенье без воды и сахара. В таежной зоне заготавливали кедровый орех.
Чай заменял настой можжевельника, использовали также сушеную малину и листья смородины. Из можжевельника приготовляли хмельной напиток, прибавляя к нему молодые мухоморы.
С XIX в. в рацион вошли покупные продукты: мука, сахар, чай, крупы

«Чопс» — запекание рыбы на открытом огне.
Крупную щуку насаживаем на вертел, проводя его под хребтом и не разрушая кишечник. Проследить, что бы пламя костра лизало рыбу по возможности равномерно. Переворачивают один раз — со спины на брюхо.
Главное, вовремя снять с огня когда обгоревшая чешуя лопнет и брызнет прозрачный сок. В результате должна получиться равномерно обгоревшая рыба. Готовится минут 20.

Когда шкура лопнет, снимаем с огня вместе с палкой. Стряхиваем на берёзовые веники или на травку. Разламываем вдоль хребта и солим крупной солью сверху. Кишки запекаются в комочек и их легко удалить.

Наверх

Фольклор

Селькупский фольклор представлен героическими песнями, историческими преданиями, сказками, загадками, поговорками. У современных селькупов, особенно в Томской области, многие фольклорные произведения исполняются на русском языке.

 Из музыкальных инструментов бытовали варган — губная костяная (из оленьего рога) пластинка с вибрирующим язычком, семиструнная арфа — лебедь. Оба эти инструмента распространены в южной части ареала расселения селькупов. У северных был известен только шаманский бубен.

Искусство селькупов представлено орнаментами на берестяной посуде, костяных деталях оленьей упряжи, деталях одежды

Народные музыкальные инструменты — кагабылька и пананьюх.
— Кагабылька имеет принцип звукоизвлечения, как на балалайке, — просвещает меня Виктория Фрайнд, — а пананьюх звучит как гусли или арфа. Они выдолблены из натурального кедра. 

Хозяйка огня

Говорят, давным-давно это случилось. Случилось в том стойбище, где семь родов жили, где семь чумов стояло!
Однажды собрались все мужчины на охоту. Отправились. Остались одни женщины да дети в стойбище.
Три дня жили, все хорошо было. На третий день к вечеру вот что вышло. В одном чуме женщина себе еду варила. Подбросила в очаг побольше дров, котел с оленьим мясом подвесила над огнем. Сама села со своим маленьким ребенком к очагу поближе. Ребенок смеется на ее коленях, женщина ему улыбается.
Вдруг треснуло полено, полетели искры из очага, одна попала ребенку на руку. Заплакал ребенок. Женщина огонь попрекает:
— Ты что же это делаешь?! Я тебя дровами кормлю, за тобой ухаживаю, а ты моего ребенка обижаешь!Испугался ребенок материнского крика, еще больше заплакал. Носит его женщина по чуму, на руках качает, а он не унимается. От жалости, от досады шлепнула женщина малыша. Ребенок совсем зашелся. Себя бы женщине винить, а она все на огонь сердится.
— Видишь, что ты наделал! — кричит. -Не будет тебе дров, изрублю тебя, водой залью!
Положила она ребенка в люльку, схватила топор. Топором огонь рубит. Потом набрала в ковшик воды, на очаг плеснула — зашипел огонь, погас.
Женщина говорит:
— Вот теперь будешь знать, как обижать моего сына! Ни одного огонька, ни одной искорки от тебя не осталось!
Не горит огонь. Темно, холодно в чуме. Ребенок жалобно заплакал: озяб он.
Опомнилась женщина. Нагнулась над очагом, золу разгребает. Так ведь сама сказала, что ни одной искорки не оставит. И не оставила.
А сын все плачет. Мать подумала: Сбегаю в соседский чум, возьму огня, разожгу очаг .
Побежала. Только к соседям вошла — у них в очаге пламя заколебалось, садиться стало. Потом последний синий огонек струйку дыма пустил и погас.
Женщина к другим соседям побежала. Чуть дверь отворила — и у них не стало огня. Она к ним даже не вошла, сразу дверь прикрыла. Обошла все стойбище, и всюду огонь погас. Еще только в одном, последнем чуме горит.
Там старушка жила, век доживала. Много знала, много видела. Постояла женщина перед чумом, боится войти. Да что делать? Маленький сын ее совсем замерзнуть может. Вошла.
Пыхнул огонь, задымил и потух. Женщина заплакала. А старуха золу разгребает, ищет, нет ли в пепле уголька-искорки. Нету ни уголька, ни искорки. Холоден, темен очаг.
— Такого никогда еще не бывало, — сказала старуха. — Я свой огонь берегу, кормлю его досыта. Спать ложусь, угольки золой укрываю. Почему огонь погас? Уж не натворила ли ты чего, лягушка холодная? Уж не обидела ли ты огонь в своем очаге?
Женщина головой поникла, молчит.
— Так и есть,- сказала старуха.- Что же теперь делать? Ну, пойдем в твой чум, посмотрим.
Вышли из чума вдвоем. Идут стойбищем. Тихо всюду, темно. Будто покинули стойбище люди, будто вымерло оно.
В чуме женщины ребенок искричался весь, уже и плакать не может.
Старушка серное дерево взяла, принялась огонь добывать. Долго трудилась — не разжигается огонь.
Опустила старушка усталые руки, опять женщине говорит:
— Свят огонь в очаге, жизнь нам всем дает. Светит, греет и кормит. Погас огонь — все равно что солнце потухло. Померзнем, пропадем, злая смерть нас возьмет.
Встала старушка на колени и тут Хозяйку огня увидела. Сидит она в уголке очага. Одежда у нее серая, как зола, а кожа отсвечивает, как уголек, что пеплом подернулся.
Покачалась Хозяйка огня вперед-назад, старушке сказала:
— Зачем стараешься? Не будет вам огня. Женщина меня сильно обидела. Лицо мое топором рубила, глаза мои водой залила, злые слова кричала!
Стала старушка просить:
— Не сердись, Хозяйка огня! Сжалься над нами! Эта глупая женщина виновата, другие не виноваты.
Качает головой Хозяйка огня, волосы ее, словно сизый дым, колеблются.
А старушка опять молит:
— Скажи, что сделать, чтобы снова в очагах огонь пылал? Все исполним, что прикажешь.
Хозяйка огня ответила:
— Нет таких слов, нет такой силы ни у меня, ни у вас, чтобы огонь запылал, как прежде. Теперь его только от человеческого сердца зажечь можно.
Сидит молодая женщина, ребенка к груди прижимает, плачет.
Старушка ей говорит:
— Видишь, что ты сделала? Все семь родов людских из-за тебя, неразумной, пропасть должны! Охотники храбрые, как рассерженные медведи, сильные, как лоси, погибнут. Трудолюбивые женщины зачахнут у холодных очагов. И дети малые умрут, и старики, и старухи. Потому, что нет жизни без огня.
Высохли слезы у женщины. Поднялась она, отдала ребенка старушке, сказала:
— Береги его!
И на камни очага бросилась. Хозяйка огня пальцем до груди ее дотронулась-разом взметнулось пламя, загудел, забушевал огонь в очаге.
Только и видно было, как Хозяйка огня обхватила женщину пламенными руками и вместе с искрами в дымовое отверстие унесла.
А старушка сказала:
Из этого чума пойдет сказка-предание о том, как из живого сердца огонь зажегся. Навеки запомнят селькупы, что в нашем стойбище случилось. Будут беречь огонь в очаге!

Наверх

Язык и письменность

Селькупский язык относится к самодийской ветви уральской языковой семьи. Считается, что от своих ближайших родственников – ненецкого тундрового, ненецкого лесного, энецкого и нганасанского языков, а также от ныне исчезнувших камасинского и маторского языков — селькупский язык отделился около двух тысяч лет назад.

Селькупский язык имеет четыре основных наречия: северное, центральное, восточное и южное. Селькупы из разных регионов могут не понимать друг друга, пользуются разными самоназваниями, однако границы между наречиями расплывчаты.

В отличие от других самодийских языков, селькупский язык обладает богатым вокализмом (25 гласных фонем и 16 согласных. В ауслауте чередуются гоморганные носовые и смычные согласные).

Первые тексты на селькупском языке были написаны Н. П. Григоровским во второй половине XIX века. Был составлен селькупский букварь, а также переведён ряд библейских текстов. В этих книгах использовался русский алфавит без изменений и дополнений.

В 1931 году был разработан и утверждён селькупский алфавит на латинской основе:

A a

Ā ā

Æ æ

B ʙ

Є є

D d

E e

Ə ə

F f

G g

H h

I i

Ь ь

J j

K k

L l

L̡ l̡

M m

N n

Ŋ ŋ

N̡ n̡

O o

Ɵ ɵ

P p

Q q

R r

S s

S̷ s̷

T t

T̡ t̡

U u

W w

Y y

Z z

 

 

 

 

 

В 1937 году селькупский алфавит, как и алфавиты всех остальных народов Севера, был переведен на кириллицу. Он включал в себя все буквы русского алфавита, а также а’, нг, о’, оа, у’, э’. Однако вскоре издание книг на селькупском языке было прекращено. Долгое время язык был фактически бесписьменным, хотя и предлагались различные проекты алфавитов. В конце 1980-х годов обучение на селькупском языке в школах и выпуск учебников возобновились. Сейчас существует два селькупских алфавита — для северных селькупов (Ямало-Ненецкий АО) и южных (Томская область).

Алфавит северных селькупов:

А а

Б б

В в

Г г

Д д

Е е

Ё ё

Ж ж

З з

И и

Й й

К к

Ӄ ӄ

Л л

М м

Н н

Ӈ ӈ

O o

Ө ө

Ӧ ӧ

П п

Р р

С с

Т т

У у

Ӱ ӱ

Ф ф

Х х

Ц ц

Ч ч

Ш ш

Щ щ

ъ

Ы ы

ь

Ә ә

Э э

Ю ю

Я я

 

Алфавит южных селькупов:

А а

Б б

В в

Г г

Ӷ ӷ

Д д

Е е

Ё ё

Ж ж

Җ җ

З з

И и

И̇ и̇

К к

Ӄ ӄ

Л л

М м

Н н

Ӈ ӈ

O o

Ӧ ӧ

П п

Р р

С с

Т т

У у

Ӱ ӱ

Ф ф

Х х

Ц ц

Ч ч

Ш ш

Щ щ

ъ

Ы ы

ь

Э э

Ӭ ӭ

Ю ю

Я я

Для обозначения долгих гласных используется горизонтальная черта над буквой (макрон).

Наверх